И он оглядел комнату, где теснились странные тени бывших вещей, разбитых вещей, полувещей.

— Бежим наперегонки до твоего дома, Чернявый, — сказал он.

Наутро принялись разрушать самый дом. Двое не пришли — Майк и еще один мальчик; их родители уехали на взморье — одни в Саутэнд, другие в Брайтон, хотя накрапывал теплый дождик и с эстуария

— Нам надо поторапливаться, — сказал Т.

Саммерс забеспокоился:

— Мало мы сделали, что ли? Мне дали шиллинг на автоматы. А тут — все равно что работа.

— Но ведь мы только начали, — возразил Т. — Еще все полы на месте и лестница. Ни одного окна не вынули. Ты голосовал вместе со всеми. Дом должен быть разрушен. Когда мы кончим, от него ничего не останется.

Как и вчера, начали с первого этажа. Отодрали настил возле наружной стены; когда обнажились балки, перепилили их и перешли в холл, потому что остатки настила накренились и повисли в воздухе. Теперь у них уже был кое-какой навык, и со вторым этажом дело пошло быстрее. К вечеру, оглядев образовавшуюся вокруг пустоту, они ощутили странный подъем.

— Хоп! — сказал Джо и бросил медяк в заваленную обломками лестничную клетку. Он со стуком упал и покатился, звякая об осколки.

— Зачем мы все это затеяли? — с недоумением спросил Саммерс.

Т. был внизу, он очищал от обломков полоску вдоль наружной стены.

— Открывайте краны, — приказал он. — Уже темно, никто не увидит, а утром будет все равно.

Вода застигла их на лестнице и хлынула вниз, сквозь комнаты с разобранными полами. И тогда откуда-то из сада донесся свист Майка.

— Что-то неладно, — сказал Чернявый.

Отпирая заднюю дверь, они слышали частое дыхание Майка.

— Легавые? — спросил Саммерс.

— Старый дохляк, — выпалил Майк. Потом сказал с гордостью: — Я всю дорогу бежал.

— Но с чего это он вдруг?.. — запротестовал Т. с яростной обидой ребенка, которым он никогда не был. — Он же мне сам сказал... Это нечестно!